Считаем деньги: Туризм не заменит промышленность, в Украине так точно

Автор: Алексей Кущучастник проекта Аналитический кластер «Украинская Фабрика Мысли», эксперт Института GROWFORD.


Деиндустриализация экономики в Украине набирает угрожающие обороты. По сути, мы наблюдаем распад индустриального ядра страны, созданного предыдущими поколениями украинцев. Распад рукотворный, в стиле «сыновья пропивают награды примерных отцов».

А тут, если анализировать действия власти и не сыновья вовсе, а так – пасынки. Нынешнее правительство так похоже на ребенка с «родовыми травмами», который издает нечленораздельные звуки и пытается поломать любую игрушку, которая оказывается у него в руках. Только у чиновников в руках не обычное лего, которое «на крайняк» можно просто склеить, если не хватает пространственного мышления для правильной сборки, а целые отрасли сложной промышленности и судьбы миллионов украинцев, которым некуда больше бежать, даже если этот «поезд в огне».

Но все вроде должно наладиться. После робкой попытки создать штаб по борьбе с падением промышленного производства нам обещают и нового вице-премьера, курирующего экономический блок, и даже министра промышленной политики. Кто будут сии персоны, история умалчивает, но стоит помнить, что все новые лица – хорошо забытые старые…

И это как раз тот случай, когда «перетрахивание» правительства, по словам белорусского Бацьки, очень напоминает перестановку кроватей в дешевом уездном борделе – ведь когда падает промышленное производство и падает более шести месяцев подряд, надо менять не кровати, а действующих лиц сего действа…

Хотя у нынешней власти припасен главный козырь – так называемая ненужность промышленности. Во-первых, это весьма удобный повод заговорить о новой волне десоциализации государства, особенно в свете идей относительно увеличения пенсионного возраста или принятия нового трудового законодательства, множащего на ноль социальный капитал страны. Во-вторых, это весьма удобный момент для активации очередного дискурса относительно того, что мы будем строить сервисную экономику или экономику услуг.

Мол, в развитых странах третичный сектор составляет до 80%, и у нас будет. Конечно, о том, что именно индустриальное ядро является ключевым импульсом секторального движения капитала и формирует системный спрос на инновации, никто не упомянет. Нам предложат создать экономического Франкенштейна, без промышленности, но с постоянно возрастающим первичным сектором (добыча полезных ископаемых, сельское хозяйство) и главным третичным в виде сектора услуг, но без качественной медицины, образования и науки.

В общем, модель экономики, экспортирующей сырье и удовлетворяющей физиологические потребности иностранных туристов. Что-то наподобие Мексики и Таиланда, но только без новой промышленности, которая уже появилась в этих странах и с низким уровнем рождаемости (компенсировать отток трудовых ресурсов за счет естественного положительного прироста мы, в отличие от тайцев и мексиканцев, не сможем).

Но может ли появиться в Украине конкурентоспособный сектор услуг? Взглянем на статистику НБУ в части экспорта и импорта услуг в разделе «Путешествия», а также на динамику пересечения границы Украины.

Прогноз на 2019-й взят, исходя их факта трех кварталов и экстраполяции данных 2018-го на четвертый квартал:

сайт НБУ

С 2005 года экспорт услуг по статье «Путешествия», то есть заработок Украины на иностранных туристах, уменьшился с 3,125 млрд долл. до 1,44-1,6 млрд в 2018-2019 годах. Пик экспорта услуг по данному разделу пришелся на 2013-й – более пяти миллиардов долларов, а минимум на 2015-й – всего чуть более «ярда». Сокращение объемов поступлений за период составило почти 50%. 

Причем относительно динамичное восстановление экспорта услуг в 2017-2018 годах в прошлом году существенно замедлилось – потенциал роста исчерпан. За шесть лет мы потеряли 1,5 млрд долл. доходов в группе стран СНГ в основном за счет фактора РФ (1,28 млрд долл.), но при этом не приобрели адекватный компенсатор в странах ЕС — даже наоборот, поступления от граждан ЕС сократились по сравнению с 2013-м с одного миллиарда до шестисот миллионов. Основная причина – аннексия Крыма и война.

Все-таки именно Крым был главным туристическим магнитом нашей страны: даже резкий рост популярности Львова и Карпат не смог заменить эту потерю. По причине войны мы утратили туристический поток из стран СНГ, но так и не стали интересны туристам из ЕС. Вопреки сформировавшемуся странному стереотипу, мы даже не в середине списка приоритетов путешествий и отдыха для жителей Европы, оставаясь скорее объектом внимания любителей экзотики. По сравнению с 2013-м туристический поток из ЕС в денежном эквиваленте сократился на 42%.

Зато усилились потоки из других стран: если в 2005-м на СНГ и ЕС приходилось 98% туристов, то в 2019-м – 78%. Но здесь ключевую роль сыграло превращение нашей страны в миграционный хаб на пути мигрантов из стран Азии в Европу. А это несколько отличается от статуса туристической страны: рисков, в том числе эпидемиологических, больше, а доходов существенно меньше. К нам едут не отдыхать, а перекантоваться на пути в «ЕС-обетованную».

112.ua

Зато импорт услуг, то есть затраты украинцев на зарубежные поездки, вырос с 2005 года на 5,5 млрд долл. Если пятнадцать лет назад украинцы тратили за рубежом 2,8 млрд долл., то в прошлом году – примерно 8,4 млрд (рост почти на 200%!). И 73% этих затрат приходятся на страны ЕС. А если брать такой показатель, как затраты наших трудовых мигрантов в стране пребывания, то они выросли с 2005-го до 3,2 млрд долл. в 2019-м (и 2,8 млрд приходятся также на страны ЕС).

Кривые доходов по экспорту и импорту путешествий кардинально разошлись в 2014 году.

112.ua

С 2005 года по 2009-й у нас было положительное, хоть и небольшое, сальдо сектора услуг в разделе «Путешествия» — в диапазоне от 46 млн до 1,7 млрд долл. С 2010-го начало формироваться отрицательное сальдо, но его значение не было критичным: до 2012-го оно колебалось в интервале 167-680 млн долл. Резкий рост отрицательного значения активизировался в 2014-м, и в 2019-м этот показатель составит 6,7 млрд долл.

То есть, с одной стороны, аннексия Крыма, война, сокращение туристических потоков, причем не только из стран СНГ, но и из ЕС, а с другой – безвиз, усиление трудовой миграции в Европу и переформатирование туристических потоков: украинский средний класс уже не отдыхает в Крыму, но так и не полюбил херсонский Железный Порт – поэтому едет не на юг Украины, а в Турцию и Египет.

сайт НБУ

Численность иностранных граждан, въехавших в Украину, с 2008 года сократилась с 28,8 млн чел. до 14,4 млн в 2018 году. Падение зафиксировано как в группе стран СНГ, так и ЕС, причем это сокращение носит сопоставимый характер. Зато численность граждан Украины, выехавших за рубеж, за аналогичный период, наоборот, увеличилась с 16,1 млн чел. до почти 28 млн в 2018-м. 

Миграционные потоки в страны СНГ и РФ закономерно ослабли, но продолжают оставаться на высоком уровне: в 2008-м в Россию выехало 5,9 млн человек, а в 2018-м – 4,2 млн. Частотность миграции в ЕС, напротив, существенно выросла: с 5,6 млн в 2008-м до 17,5 млн в 2018-м.

112.ua

Здесь также точка бифуркации – 2014 год.

Что означают все эти цифры? Мы часто любим рассуждать на тему финансовых переводов наших трудовых мигрантов, называя цифру в 10-12 млрд долл. в год. Но забываем о том, что отрицательное сальдо по статье «Путешествия» уже составило почти семь миллиардов долларов, то есть почти все то, что одни украинцы зарабатывают за рубежом, другие (или частично те же) тратят на поездки за границу.

Это как «ополовиненная» скульптура барона Мюнхгаузена и его лошади из известного фильма: она (лошадь) пьет, а из нее (половинки) – выливается. Почти все, что украинцы зарабатывают в других странах, они там же и тратят. В основном в Европе. С понятным эффектом для национальной экономики.

Казалось бы, в Украине есть все базовые ингредиенты успеха: удачное географическое положение на стыке Азии и Европы, значительный природный и исторический потенциал, низкие внутренние цены, своеобразный колорит и местная экзотика. Достаточно сказать, что программа развития туристического сегмента экономики кочует из одной предвыборной программы в другую, и трудно назвать политика, который не называл бы туризм драйвером будущего экономического роста.

Особенно часто у нас любят вспоминать примеры Турции и Египта, которые смогли создать эффективные туристические изолированные кластеры для приемки нового вида «экспатов», на сей раз не работающих, а отдыхающих, но, как и положено «экспатам», группирующихся в закрытых анклавах. Казалось бы, почему нельзя построить отдельно взятую Хургаду в отдельно взятом Железном Порту. Песок тот же, рыбок меньше, но есть бычки и семечки.

В этом плане Украина действительно обладает существенным потенциалом для наращивания параметров третичного сектора экономии, в который входит и сегмент услуг, что позволило бы нам перейти к постиндустриальной модели экономического развития. Жан Фурастье в книге «Великая надежда XX века» сформулировал этот переход в зависимости от структуры занятости штатных работников: в таком случае те самые пресловутые новые рабочие места могли бы появиться в Украине именно в секторе услуг, миллионы рабочих мест. Ведь, согласно данным Фурастье, развитый третичный сектор экономики на этапе «постиндустриала» способен обеспечить занятость 70% населения страны.

К сожалению, пока потенциал развития туризма в Украине так и остался в стадии «вечного эмбриона». Как показывает опыт других стран, туристический сектор экономики может развиваться лишь в формате активного участия в нем малого и среднего бизнеса, а также в условиях наиболее благоприятного инвестиционного режима, включающего фискальные льготы и регулятивную простоту.

Учитывая, что до 60% украинской экономики поделено между монополиями, олигополиями и компаниями с единоличным доминированием, а вся ключевая инфраструктура сконцентрирована в руках нескольких финансово-промышленных групп, снимающих с нее коррупционную ренту, говорить о ближайшем туристическом прорыве у нас явно не приходится.

Что касается попыток найти позитивные моменты в негативных аспектах нынешнего бытия, то в этом контексте рост импорта услуг в графе «Туризм» всегда оценивается в Украине как признак «европейскости», возможности попить кофе в Братиславе или Вене и как неотъемлемая часть западного образа жизни.

Тут все верно, если бы не одно маленькое «но»: в той же Италии или Франции сальдо туристических услуг профицитное, и местные жители тратят намного меньше за границей, чем иностранцы тратят у них. При этом эти страны существенно богаче нас, так что в пиковом случае могли бы позволить себе и дефицит туристического баланса – выровняли бы другими секторами экономики. Могли, но не позволили.

Вот и получаем «страшные цифры» дефицита сальдо услуг в сегменте «Путешествия» в размере почти семи миллиардов долларов в год, что сопоставимо с задолженностью Украины перед МВФ: фактически можно просто год не ездить за границу отдыхать и вернуть фонду все долги…

На самом деле построить качественную экономику услуг даже сложнее, чем модернизировать промышленность (просто наши чиновники об этом не знают). Для этого нужно:

1. Существенно повысить личную безопасность человека внутри страны, включая правоохранительные органы, медицину и т. д.

2. Развить базовую инфраструктуру: доступное транспортное сообщение всеми видами транспорта, качественные финансовый сервис, связь и интернет, причем не только в столице и крупных городах, но и по всей территории страны. То есть нужны автобаны, комфортные поезда, внутренние авиалоукосты, удобные автобусы, а не убитые маршрутки-душегубки.

3. Демонополизировать экономику и раскрепостить предпринимательскую инициативу малого и среднего бизнеса (массовому туристу нужны не две-три пятизвездочные гостиницы, а сотни и тысячи бюджетных отелей, причем опять-таки по всей территории страны).

Все это невозможно без системной фискальной реформы, дерегуляции и снижения административного давления со стороны государства, а также без демонополизации экономической среды. Но и здесь важен баланс, чтобы дерегуляция не сопровождалась полным демонтажем государственного надзора в контексте ключевых рисков, в том числе в части эпидемиологической и санитарной защиты.

Ведь в противном случае дерегуляция трансформирует нашу страну не в условную Польшу, а во вполне реальный Бангладеш с массовыми отравлениями и прочими «сюрпризами» для путешествующих. А это значит, что нынешнее правительство, вполне возможно, так и не построит качественную «экономику услуг», но зато успешно, «под шумок», добьет отечественную промышленность. Неудобно получится… Зато закономерно.

Из блога 112.ua

Иллюстрация: Pixabay


Подписывайтесь на канал «Ukrainian Think Tank» в Telegram,  YouTube, страницу в Facebook.


Рекомендуем

«Вместо реформы — простое разрушение основы транспортной системы страны», — Александр Кава

«Правительственный законопроект «О труде» — осиновый кол в украинскую экономику», — Алексей Кущ

Трудовой Кодекс без профсоюзов: что это значит

«Избирательный кодекс Порошенко-Зеленского: цементирование старых элит», — Антон Подлуцкий