24467821

Алексей Кущ: Последний вагон для украинской субъектности

Очень важный момент — выстроить план развития на основе называемой кластерной модели развития экономики, о которой я постоянно пишу в своих материалах. С чего начать?


Автор: Алексей Кущфинансовый аналитик, экономический эксперт, участник проекта Аналитический кластер «Украинская Фабрика Мысли», эксперт Института GROWFORD.


Начинать нужно с простейших межесекторальных кластеров, очевидность перспективы развития которых, что называется, лежит на поверхности.

Наша экономика является слепком экономики, доставшейся нам от Украинской Советской Социалистической Республики.

— Точнее, того, что от нее осталось..

— Да, остатки некоего экономического костяка УССР.

Она развивалась на основе принципов размещения производительных сил.

Ее структурными элементами были территориально-производственные и научно-производственные комплексы, а также территориально-экономические районы.

Согласно модели кластерного развития, которую в 80-е гг. разработал Майкл Портер* таксономика УССР (таксон – экономическая единица) идеально подходила для трансформации по переходу на рыночные кластеры.

Условно говоря, имеющиеся территориально-производственные комплексы нужно было перевести на рыночные условия функционирования.

Однако эти комплексы были поделены и растерзаны разными украинскими финансово-промышленными группами.

Получается, что, например, в одном кластере добыча железной руды принадлежит одному олигарху, а производство электроэнергии – другому олигарху.

Это полный абсурд с точки зрения экономических связей и логики функционирования кластеров, по которой они создавались.

Кстати, заметьте, один из самых успешных олигархов в Украине, Ринат Ахметов, является таковым, поскольку он как раз, хотя и в очень простом виде, восстановил кластерные принципы на основе Донецкого экономического района и производственных цепочек уголь-кокс-металл, уголь-электроэнергия-металл.

Ахметов воспользовался кластерным наследством, но только на очень локальном уровне.

Имея такое наследственное сокровище в экономике, мы его, грубо говоря, втоптали в грязь.

— Потенциально какие территориально-производственные кластеры или отдельные производственные цепочки в их рамках перспективно восстанавливать-развивать-модернизировать?

Ведь совершенно ясно, что ресурс капвложений ограничен, и его нужно рационально, прагматично и максимально эффективно расходовать.

— У нас есть высокопродуктивный аграрный сектор, который сейчас все больше и больше наращивает свое доминирование в структуре национальной экономики.

Как говорится, тут сам Бог велел создавать межсекторальный сельскохозяйственно-машиностроительный и химический кластер.

Это производство своей сельскохозяйственной техники, производство химических удобрений и средств защиты растений.

Подключение сюда биотехнологий, производство биодобавок, кормов для потребностей животноводства и т.д.

Приведу простые и очень наглядные примеры.

Мы являемся одним из крупнейших экспортеров кукурузы в мире, а ее основным покупателем выступает Китай, где построен крупнейший в мире завод по производству биоэтанола.

Там же построены крупнейшие заводы по производству комбикормов для животноводства, в частности свиноводства и птицеводства.

В Белоруссии, куда мы экспортируем рапс, построен крупнейший экстракционный завод по производству рапсового масла.

В Турцию мы продаем сою, а турки, в свою очередь, создали крупнейшие перерабатывающие мощности для этой культуры.

Очевидно же, что эти заводы должны быть в Украине.

В Украине должен быть крупнейший завод по переработке кукурузы на биоэтанол.

В Украине должны быть мощности по переработке сои и рапса.

Мы же наблюдаем обратное — в плане развития перерабатывающей промышленности у нас развита только переработка подсолнечника, и благодаря этому Украина является крупным экспортером подсолнечного масла.

Но в данной производственной цепочке используется далеко не весь потенциал и глубина перерабатывающего цикла.

Мы, например, если взглянуть на структуру внешней торговли, являемся крупными поставщиками пищевых отходов.

В частности, Украина продает много подсолнечного шрота (отходы переработки семян) в Турцию, где построены заводы по производству птичьего корма.

Нужно озаботиться созданием этих мощностей у себя и не терять на ровном месте возможности зарабатывать на дополнительном перерабатывающем цикле.

Сельскохозяйственное производство, перерабатывающая промышленность, машиностроение и химическая отрасль – это один большой и очень перспективный украинский кластер.

Возьмем второй кластер – энергетически-машиностроительный.

У нас есть колоссальный энергетический комплекс, который нуждается в обслуживании, модернизации и развитии.

А это все производство оборудования, комплектующих и прочего на отечественных машиностроительных и приборостроительных предприятиях.

Также у нас, например, колоссальное техническое отставание по части коммунального транспорта.

Значит, нужно формировать машиностроительный кластер и затачивать производственные мощности под потребности производства троллейбусов, автобусов, трамваев, локомотивов и прочего железнодорожного транспорта.

Однако все это возможности и направления по развитию старой индустрии, в рамках оставшегося промышленного наследия.

Есть и перспективы, и критическая потребность создавать и развивать также новые производственные и технологические направления.

Украине очень важно адаптироваться к шестому техническому укладу, который сейчас начинает активно загружаться.

Этот уклад будет связан с конвергенцией нано-биотехнологии, информационными и когнитивными технологиями.

Сейчас у Украины есть уникальная возможность.

Такая возможность выпадает один раз на 50 лет на стыке широких экономических циклов Кондратьева*.

Внутри экономического цикла Кондратьева, который длится 30-40-50 лет, чтобы совершить модернизационный рывок и встроиться, нужно пройти сложный и длительный путь экономической эволюции.

Это можно сравнить с эволюционной цепочкой животного мира: поближе к верху цепочки тебя никто просто так не пустит, скорее сожрут в рамках ограничения конкурентной среды.

Чтобы нам из нижних экономических звеньев попасть хотя бы ближе к середине цепочки, нужны колоссальные инвестиции, колоссальные затраты энергии и т.д.

В современных условиях мы имеем возможность для рывка именно в разрезе стыка глобальных экономических циклов Кондратьева, когда старые цепочки распадаются и формируются новые.

Это, можно сказать, своеобразный эффект обнуления результатов игры.

Именно сейчас можно на минимальных усилиях «вскочить» хотя бы в середину глобальных экономических цепочек.

В этом плане Украина имеет возможности развивать биотехнологический кластер.

Этот кластер является сосредоточением производственных, технических и научных направлений на отраслевых стыках сельского хозяйства, биотехнологий, медицины и фармацевтики.

Объединение этих отраслей может дать колоссальный синергетический эффект.

И государство в рамках выстраивания этих кластеров должно занимать центральную позицию регулировщика: обеспечивать трансферты инвестиций и кредитных ресурсов, направлять инвестиционные, кредитные потоки в нужное русло, соединять инвесторов с готовыми под ключ инвестиционными проектами-площадками.

Государство должно выполнять роль условного официанта, который предлагает инвесторам «меню» проектов.

К примеру, инвестору государство должно предоставлять перечень, скажем, из десяти проектов «под ключ», где есть выделенная земля, разрешительные документы, подключены коммуникации (вода, газ, электроснабжение, канализация и т.д.), есть транспортная инфраструктура, подведены железнодорожные пути, есть автомобильные дороги и т.д.

Нужна готовая инфраструктура, где от инвестора потребуются только деньги.

Но, что очень важно, такой принцип сработает только тогда, если государство умеет и будет защищать свой внутренний рынок (ограничение экспорта нужного производству сырья и ограничение импорта аналогичной готовой продукции).

Все это я очертил лишь пунктирно, но об этом нужно говорить и сосредотачивать усилия на том, чтобы воспользоваться уникальным окном для модернизационного прорыва.

В противном случае Украина окончательно и бесповоротно пронесется мимо точки невозврата.

— Вот относительно точки невозврата. Есть мнения или некие ощущения того, что мы уже прошли эту точку, и надежды на экономический ренессанс и создание/возобновление субъектного украинского государственного проекта уже попросту нет.

— Действительно, мы семимильными шагами приближаемся к точке невозврата, или, как я это называю, ко Дню национальной катастрофы.

Однако я склонен считать, что точку невозврата мы еще не прошли. Украина еще имеет запас примерно в десять лет для совершения коренной трансформации.

Между тем не нужно обольщаться наличием временного пространства для маневра. Текущий тренд демографической ямы, с учетом темпов отрицательного прироста населения (в т.ч. подогреваемого ускоренными темпами трудовой эмиграции) критически опасен.

Если не изменить ситуацию, то рано или поздно Украина пройдет точку невозврата и лишится возможности восстановить свой национальный экономический потенциал, растворившись сырьевым придатком в системе глобальной экономики.

Время есть, нужно действовать, и действовать решительно!


Из интервью газете 2000.

Подписывайтесь на канал «Ukrainian Think Tank» в Telegram,  YouTube, страницу в Facebook.


Читайте также:

Рекомендуем

VideoCapture_20211025-101031

Юрий Гаврилечко: Отопление или локдаун?

1240

Павел Вернивский: Как потерять миллиард. Почему в Украине не будет завода “Фольксваген”

FB_IMG_1634736660579

Алексей Кущ: Пропали резервы…

16d8d7c2a5b58dec811bbb21af3ee60c

Юрий Гаврилечко: Украина замерзающая или Меморандумы не греют